31, rue Cambon: что скрывалось за дверями апартаментов Мадемуазель Шанель


Опубликованно 11.01.2022 11:12

31, rue Cambon: что скрывалось за дверями апартаментов Мадемуазель Шанель

Aпaртaмeнты Гaбриэль Шaнeль нa улицe Кaмбoн, 31, – сeрдцe CHANEL.   Фрaнцузскoe Министeрствo культуры причисляeт иx к истoричeским   пaмятникaм стрaны, a сaми aпaртaмeнты   рaскрывaют личнoсть выдaющeйся кутюрьe с нeoжидaннoй стoрoны. Пo приглaшeнию Дoмa в ниx пoбывaлa Aлeнa Пoнoмaрeнкo.  

Oсoбняк нa улицe Кaмбoн, 31 – сeрдцe Дoмa CHANEL. Тaм нaxoдится кутюрнoe aтeльe; нa "нулeвoм" этaжe рaспoлoжeн oгрoмный бутик. Нa этaжe №3 (пo фрaнцузским мeркaм – этo втoрoй) нaxoдится квaртирa сaмoй Мaдeмуaзeль, гдe oнa твoрилa, мeчтaлa, принимaлa гoстeй, oбeдaлa, ужинaлa и в цeлoм жилa, нo никoгдa нe oстaвaлaсь нa нoчь: тaкoвы были прaвилa влaдeния пoмeщeниeм. Спaть Мaдeмуaзeль всeгдa oтпрaвлялaсь в oтeль Ritz нa Вaндoмскoй плoщaди, в трex минутах ходьбы.  

В этом месте все еще чувствуется пребывание самой Габриэль. Во многом – по причине подходу Дома к наследию. Где-то, здесь изучают архивные отпечаток и охотятся на аукционах по (по грибы) мебелью, которая служила Мадемуазель. (до произошло, например, с креслом, которое встречает посетителей около входе в апартаменты: оно малограмотный было частью первоначального декора и появилось в   Доме   в 1988 году (вдоль легенде, его разыскал и выкупил в аукционе сам Карл).   Вот то-то и есть в этом кресле, обитом белым атласом, Мадемуазель позировала фотографу Хорсту П. Хорсту в 1937 году угоду кому) знаменитой съемки в Издание.

Блюдо, что поражает, едва распахивается проем, – это пышный барочный аркатура. Здесь нет ни следа минимализма, которым неведомо зачем славилась сама Мадемуазель, и с через которого она совершила революцию в женской моде сто полет назад. Здесь царит великолепие, здесь множество деталей, символов, оберегов (Коко была беда суеверна).   «Интерьер есть естественная вид души», – писал Поль Моран в книге "Беж Коко Шанель". Судя объединение всему, в душе Мадемуазель царил радость.  

Еще одна вещь, которая помогает в минуту перенестись в прошлое и ощутить живое в виду хозяйки апартаментов, – аромат CHANEL No.5: им пропитаны условия и текстиль. Но кроме сего, в воздухе явственно ощущается благоухание живых цветов: огромные охапки белых роз расставлены в квартире. Намек на любимый цветок Габриэль – белую камелию.  

Бросается в зеницы и обилие книг. Библиотека точно роскошная, составленная со страстью и вкусом настоящего библиофила. Собрания сочинений, философские трактаты, тисненые кожаные переплеты: однако эти книги Габриэль, без- получившая образования, покупала самочки. И читала запоем.  

С присущей ей свободой и   дерзостью Мадемуазель выбирала люлька и предметы, которые создавали необыкновенные коллизии посередке эпохами, стилями и цивилизациями: объекты с Древней Греции и Египта соседствуют с изделиями с Китая (где она, как бы то ни было, никогда не бывала) и Венеции.  

Китайские ширмы, которые в апартаментах куда ни погляди, были большой любовью Мадемуазель. Их открыл своей возлюбленной Атя Бой Кейпел, и с тех пор Габриэль собирала их коллекцию, все еще в той не собралось в среднем 20 роскошных экземпляров. Их было беспричинно складывать и перевозить, а, значит, возлюбленная могла воссоздать дух своего в домашних условиях и царившей в нем роскоши на самом деле где угодно. Со свойственным ей бунтарским нравом симпатия препарировала ширмы –   и превращала в декоративные фотопанно, ретушировала с помощью кистей и позолоты, а, порой ей того хотелось, – невзыскательно прикрепляла к ним рисунки своих друзей Жана Кокто и Кристиана Берара.

Мадемуазель точно по некой причине не любила двери: к тому дело идет, они казались ей не в меру прозаичными и утилитарными. Она нашла свое вотум: маскировала двери все теми а излюбленными ширмами, без малейшего пиетета ранее лакированным деревом, инкрустациями и орнаментами. Возлюбленная кроила их, как кроила текстиль для костюмов и платьев.  

Полы в апартаментах укрыты бежевыми коврами, в ворсе которых любо утопают ступни. Бескомпромиссная нарядность, особенно для холодного времени годы, когда в Париже дождь и мокредь. Портьеры усиливают впечатление: тяжелые, с ровными складками, они подчеркивают высоту потолков и выстраивают геометрию богатого деталями пространства. Их тогда часто задергивали, чтобы отринуть суету городской жизни из-за окном, и создать иллюзию камерного пространства, сказочной кроличьей норы.  

Гостинная – сердце квартиры, комната, в которой Габриэль Шанель провела в избытке долгих часов. Здесь симпатия могла читать, встречать друзей, принимать позу большим фотографам, от   Сесила Битона и   Луизы   Удаление Вулф, до Дугласа   Киркланда. Тогда она велела подавать   кажется, здесь читала   газеты. Любила, с намерением в вазах стояли свежие дары флоры. Сюда приходили ее братва:   Сальвадор   Дали,
Пабло Пикассо, Стравинский и Дягилев, Колетт, а да ее клиентки и подруги: Марлен Дитрих, Анук Эме, Милость Божия
Моро, Роми Шнайдер и Элизабет Тейлор.


В гостиной сохранилось воз артефактов: ее талисманы,   ширмы, хрустальные мигалки, люстры из горного хрусталя. Для столе – безделушки, от пепельниц (их в доме – несчетное контингент: Коко была заядлой курильщицей) впредь до фигурок жаб, суливших (из)обильность, и львов (символ силы и знака зодиака, по-под которым родилась Мадемуазель).

Символы – и в люстре. Промеж подвесок, вырезанных из горного хрусталя, аметиста и дымчатого кварца,   приглядчивый глаз   заметит букву G (Габриэль), двойную C, B (в доброе имя Boy Capel) и W (в честь Герцога Вестминстерского),   цифру 5 (ее счастливое пятнадцать), а также цветы камелии. Авторство люстры неизведанно, но можно не не решаться: Габриэль Шанель приложила к нему руку.
 

Габриэль Шанель, родившаяся   19 Густа, считала   пшеницу одним изо своих талисманов, этот мотивчик можно найти в ее модных творениях и в украшениях. В такой степени или иначе колосья присутствуют ровно по всей квартире: в ножках кованого столика, сделаного для заказ Робертом Гуссом, в букетах   (в прихожей, получи и распишись камине в гостиной) и так подальше.  

В апартаментах есть еще двум комнаты: так называемая Study Room, и чайная, где за роскошным столом возлюбленная собирала камерные компании друзей. А не они впечатляют превыше всего, а та самая легендарная штормтрап, устланная бежевыми коврами. Иезуитски сконструированные зеркала позволяли Мадемуазель изумительный время показов сидеть вверху и, оставаясь незамеченной, контролировать каждую складку платьев, каждое синоним восторга публикой, каждый знак пера критиков.  

Если бы меня спросили, который-нибудь парк аттракционов в моей жизни оставил самое сильное впечатленьице, я бы не колеблясь ответила: дом на улице Камбон, 31, идеже жила и творила выдающаяся особь женского пола-кутюрье. Мадемуазель Шанель.  



Категория: Новости